Как метко сказал о нашем герое автор книги «Мастер Седьмой авеню: Давид Дубинский и американское профсоюзное движение» Роберт Пармет, хотя был он всего метр шестьдесят ростом в жизни, зато гигантом в движении американских профсоюзов.

Поэтому не удивительно, что о его жизни рассказывает не только упомянутая книга и автобиография самого Дубинского (David Dubinsky: a life with labor. New York, 1977), но и целый ряд других.

Давид Дубинский на обложке «Time»

Давид Дубинский на обложке «Time»

Деятель белорусской эмиграции Витовт Кипель рассказывал, что этот человек несколько раз приходил в Нью-йоркскую публичную библиотеку. И хотя родился в царские времена и владел — из прошлой жизни — лишь русским, польским да еврейским языками, прекрасно понимал, что Беларусь и Россия не то же самое.

Родился он в 160-ю годовщину Джорджа Вашингтона — 2 февраля 1892 года — в семье Безалеля и Шаины Дубинский в Бресте, тогда Брест-Литовске.

Давид был младшим в семье — среди пяти сыновей и трех дочерей, которая в 1895 году переехала в Лодзь, тогдашний текстильный центр царской России.

Давид посещает сначала еврейскую, а потом и среднее Познанскую школу, названную в честь крупной местной фабрики. Но полностью отдаться учебе не выходит: попутно он подрабатывает в семейной пекарне, а на свое 14-летие по требованию отца вообще оставляет школу. И тогда же присоединяется к профсоюзу пекарей, который был аффилирован с Бундом, а уже через год, благодаря знанию языков, избирается секретарем своего профсоюза.

Первый год профсоюзного деятельности стал знаменательным: как секретарь Давид организовывал очередную забастовку с целью добиться надбавки к зарплате.

И они таки добились своего, но однажды ночью полиция арестовала всех защинщиков, и его в том числе. На этот раз избежать суда удалось благодаря помощи отца, чьи деньги дали ему возможность выйти на свободу, но с условием, чтобы Давида больше в Лодзи не видели.

Он направился в город своего детства, Брест, оттуда переехал в Кобрин, но спокойная жизнь ему уже была не для него — изготовив фальшивые документы, он вернулся в Лодзь, где снова присоединился к профсоюзной деятельности.

8 января 1908 года, незадолго до своего 16-летия, Давид был снова арестован на одном из профсоюзных собраний.

На этот раз отец отказался помогать сыну-революционеру, и тот просидел за решеткой 18 месяцев, а затем, по судебному приговору, подлежал ссылке в Сибирь.

Долгая дорога — Варшава, московские Бутырки, Самара и наконец Челябинск — предоставила Давиду возможность завести немало знакомств как с уголовниками, так и с политическими арестантами, которые помогли ему бежать в дороге из-под конвоя, переждать у надежных людей полгода в Челябинске, а впоследствии, изготовив необходимые бумаги, вернуться снова в Лодзь.

Знакомые бундовцы решили не испытывать судьбу еще раз: Давида вместе с его братом нелегально переправили через границу в Германию, затем в Бельгию, а оттуда 24 декабря 1910 г. на лайнере «Лапландия» отправили в Нью-Йорк, где их ждал уже старший брат.

Первые шаги молодого Дубинского на американской земле в 1911 году были следующими. Отказавшись возвращаться в пекари, он устроился на работу портным и присоединился к Международному профсоюзу производителей женской одежды (International Ladies 'Garment Workers' Union — ILGWU). С этим профсоюзом и была связана вся его последующую жизнь.

Волевой, упорный и упрямый Дубинский начал стремительную карьеру: в 1918 году был избран членом правления местного отделения профсоюза, в следующем году — его вице-президентом, а в 1920-м — уже президентом. В 1922 году Давид Дубинский являлся уже членом Главного управления ILGWU.

Роберт Кеннеди и Дубинский

Роберт Кеннеди и Дубинский

В 1932 году Америка избрала своих новых президентов: страны — Франклина Делано Рузвельта и самого массового профсоюза, игравшего ключевую роль во всем профсоюзном движении, — Давида Дубинского.

Позже он говорил: «Согласившись на президентство, я полагал, что моя основная роль — устроить торжественные похороны профсоюза». Действительно, организация была в упадке, даже скорее на грани банкротства. Но благодаря неутомимой деятельности нового руководителя, уже через три года, в 1935-м, она насчитывала 200 тысяч членов, а в кассе — 850 тысяч долларов!

Давид Дубинский видел задачу возглавляемого им профсоюза не только в решении вопросов с жильем для членов ILGWU и членов их семей, доступности образования, медуслуг, но и в воспитании нового, иного, поколения. Идея была организовать профсоюз как образ жизни — центр физкультуры, художественной самодеятельности, интеллектуального развития.

Но одним лишь профсоюзом деятельность Дубинского не ограничивалась: если в царской России он боролся с капитализмом, то в США его врагом стал коммунизм, особенно укрепившийся именно в профсоюзном движении.

Покинув ряды Социалистической партии Америки, Дубинский вместе с друзьями основал Американскую рабочую партию (American Labor Party), а когда та в 1944 году подпала под коммунистическое влияние, вышел из нее и участвовал в создании Либеральной партии, где занял пост председателя.

Очередной раз будучи переизбран на пост председателя профсоюза, Давид Дубинский сказал: «Я принимаю этот пост вновь, потому что я эмигрант, и я горжусь тем, как мы служим Америке». Когда активисты других профсоюзов, обращаясь к нему за советом, выпытывали секрет успеха, он отвечал: «Живите правильно».

Линдон Джонсон подает Давиду Дубинскому пальто. 1960-е гг.

Линдон Джонсон подает Давиду Дубинскому пальто. 1960-е гг.

Для Дубинского не было работы, неуважительной для президента крупнейшего профсоюза: по окончании заседаний он снимал галстук и вместе со всеми расставлял столы, следил, всюду ли выключен свет. И это не мешало направлять 3 миллиона в помощь послевоенным Израилю и Италии, строить в Китае дом для сирот и т.д.

Историки профсоюзного движения единогласно считают, что одним из наивысших достижений этого человека была победа в войне за 35-часовую рабочую неделю для своих работников.

В августе 1949 года журнал «Time» вышел с его портретом на обложке, а в январе 1969-го Давид Дубинский был награжден президентской медалью Свободы — высшей наградой США для гражданских лиц.

Он умер 17 сентября 1982 года, оставив книгу о своей жизни под названием «Жизнь в работе».

В 1937 году хитом на Бродвее стал мюзикл «Pins and Needles» («Шпильки и иглы»); в английском языке «to be on pins and needles» — это идиома, которая означает «нервно ожидать чего-либо», поэтому правильнее название постановки переводится: «Как на иголках». Но и в прямом значении название мюзикла для зрителей имело свой смысл, так как спектакль был инспирирован президентом Международного профсоюза производителей женской одежды Давидом Дубинским и спонсирован его профсоюзом.

История постановки сама по себе заслуживает стать сюжетом пьесы: актеры были обычными работниками на фабриках и могли репетировать только в свободное от работы время, ночью и на выходных.

Но мюзикл в течение одной ночи получил неимоверный, просто потрясающий успех, хотя будто бы и рассказывал о жизни молодых рабочих, их участии в повседневной жизни Америки. Немало внимания (ведь время какое!) уделялось показу (разумеется, сатирическому) фашистских диктаторов в Европе.

Одна из песен в мюзикле была такой:

Спой мне песню социальной значимости
Все остальные темы — табу.

Это были спето, как видится из нашего сегодня, и о самом президенте крупнейшего американского профсоюза Давиде Дубинском, который, объявляя 16 марта 1966 года о своем уходе на пенсию, сказал: «У меня не было жизни. У меня была только профсоюзная жизнь. Вы знаете мою натуру. Если я президент, я не могу быть им только с утра до вечера. Так должно быть с утра — до следующего утра».

Как в гимне, который незабываемо исполнил Леонард Коэн:

Solidarity Forever
For the union makes us strong.

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?