История Александра Шатрова во многом показательно трагична.

Впервые в жизни сходив на выборы и проголосовав, как считают в коллективе, за Тихановскую, он уже через несколько месяцев попал под санкции как враг демократии.

Еще наступит пора, когда станет известно о его достойных уважения поступках в дни начала национальной катастрофы 2020 года. Но реальна ситуация, когда приходится сидеть на шпагате меж двух огней, пока что не благоприятствует открытости.

Александр Шатров

Он вырос в России и оказался в Беларуси 2003-м, открыв здесь небольшую компанию UTL. Мать Шатрова из Рогачева, она уже умерла, отец, бывший сотрудник КГБ, тоже.

Компания «Синезис», которая также попала под санкции и стала основанием для персональных ограничений в отношении Шатрова, появилась в 2007-м году. Компания занимается программами для управления массовыми мероприятиями (занималась этим на Европейских играх в Минске), искусственным интеллектом и системами контроля общественной безопасности.

Самый скандальный продукт — Kipod. Предполагалось, что система объединит камеры по всей стране, и в общем видеопотоке можно будет выявлять находящихся в розыске лиц. В программе были заинтересованы — государственные силовые органы.

Сам по себе Kipod вряд ли может быть расценен как репрессивная система — это продукт для идеального мира, где пользователи программы используют ее для защиты законности, а не для политических репрессий. Такие системы действуют в демократических странах, которые (пока еще) даже больше наполнены камерами, чем Беларусь.

В нашей же реальности встал вопрос, кто и для чего использует систему.

Да, известно, что политзаключенного Николая Дедка вычислили с помощью Kipod.

А кого еще? Когда-нибудь узнаем.

Принес ли Kipod Шатрову деньги? Вряд ли.

Судьба и компании, и системы трагичны. В идеале предполагалось, что, став оператором системы, «Синезис» (сейчас в названии оператора этого слова нет и компания называется «24х7 Паноптес») разработает продукт, к которому будут подключены сотни тысяч камер по всей стране, в результате чего оператор будет собирать оплату с абонентов, а силовики — информацию.

Но в реальности оказалось, что государство не смогло обеспечить подключение даже своих объектов: камеры дорогие, абонентская плата тоже. Ну какой исполком или школа начнут подключать систему, если и на более насущное деньги не всегда есть?

С частником история такая же: зачем на пустом месте создавать дополнительную графу расходов без явной собственной выгоды?

Может быть, государство бы как-то и могло «посодействовать» внедрению системы, например, сделав ее подключение таким же обязательным для предприятий, как и наличие пожарного извещателя, но что-то не получилось — может быть, не последнюю роль в этом сыграла смена руководства ОАЦ.

Внутренние интриги государственных институций, которые не понимали, почему право перспективного дохода отдано частнику, привели к тому, что в начале года право быть техническим оператором системы общественного мониторинга передали «Белтелекому».

В результате «24х7 Паноптес» со своим Kipod балансирует на грани банкротства: затраченные на разработку средства никогда не будут отбиты просто потому, что камеры не подключены. По нашей информации, месячная выручка, составляет около 90 тысяч рублей, месячные расходы — около 180 тысяч рублей.

Невозмещенных кредитов — на 3,7 миллиона рублей.

В результате компании остается или объявить себя банкротом, или каким-то образом пытаться истребовать деньги у государства, сотрудничество с которым не удалось. К тому же возвращать деньги придется и Алексею Олексину, который входил в «Синезис» как чистый инвестор и теперь, не получив ожидаемой прибыли, просит возмещения части инвестиций.

Читайте также. Распрацоўшчык нацыянальнай сістэмы відэаназірання: У Беларусь трапіў выпадкова. Забараняю беларускую мову ў чатах

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, активируйте JavaScript в настройках своего браузера