Одна из самых громких историй преследования журналистов в России — дело Ивана Галунова, которому подбросили наркотики. Фото Евгения Фельдмана, «Медуза»

Во второй половине сентября там состоятся выборы в Государственную Думу. К выборам российское гражданское общество, оппозиция и независимые медиа подходят обескровленными. Один из главных российских оппозиционеров Алексей Навальный сидит в тюрьме, оппозиционные силы, неподконтрольные Кремлю, не допускаются к выборам, по всей стране уничтожаются общественные организации, независимые российские медиа клеймятся термином «иностранный агент» и блокируются. Хотя авторитарные тенденции в стране начали проявляться еще в начале 2000-х годов, и путинскую Россию нельзя было назвать демократической страной, но нынешнее закручивание гаек и перекрытие кислорода независимым СМИ является беспрецедентным за всю 30-летнюю историю РФ. Так плохо, как сейчас, не было никогда. Звания «иноагентов» и нежелательных организаций раздаются направо и налево, сотням независимых журналистов попросту негде дальше работать.

Как все начиналось

Наступление на свободу слова началось с самого начала царствования Путина, когда Кремль взял под контроль телекомпанию НТВ.

В результате смены собственника и ухода многих ведущих журналистов изменилась редакционная политика этого телеканала, который, формально оставшись негосударственным, стал полностью зависимым от властей. Причиной уничтожения НТВ стала независимая информационная политика, которая не подчинялась администрации Путина. После этого закрылись и телеканалы ТВ-6 и ТВС, на которых работали бывшие журналисты НТВ. За ними были изменения в руководстве «Известий», «Ведомостей», Lenta.ru. Несколько лет назад сменилось руководство в независимой медиагруппе РБК, а из качественной российской газеты «Коммерсант» в 2019 году со скандалом уволился почти весь отдел политики.

С 2012 года в России неуклонно ужесточается цензура интернета. С помощью множества законов, запрещающих различные виды контента, блокируются и информационные ресурсы. Среди первых заблокировали сайты ej.ru и grani.ru.

В 2021 году, после двух десятилетий путинского правления, можно констатировать, что свободная пресса в России уничтожена практически полностью. В ежегодном мировом индексе свободы прессы, составляющемся «Репортерами без границ», Россия занимает 150-е место из 180 (Беларусь — 158-е).

Путинская Россия за 20 лет выработала несколько форм подавления медиа, но нынешняя ситуация принципиально новая: раньше речь шла о рейдерских захватах независимых медиа и переформатировании их редакционной политики, сейчас же Кремль сознательно толкает СМИ к ликвидации.

Раньше, чтобы поменять редакционную политику, нужно было или перекупить СМИ, или проделать довольно длинный ряд процедур по его ликвидации: выносить предупреждения, проходить через суды, доказывая их обоснованность и щадящий вид законности. Сейчас независимые СМИ в России закрывают по упрощенным схемам.

«Иностранные агенты»

С 2012 года в российском законодательстве появился термин «иностранный агент». Изначально в законе об иностранных агентах речь шла о неправительственных организациях, получающих финансирование из-за рубежа (таких как Amnesty International, Human Rights Watch, Transparency International). За последние годы законы изменились, и срок расширил свое использование и на некоторые СМИ, а также даже на отдельных независимых журналистов.

Согласно новому российскому законодательству, средство массовой информации может быть признано «иноагентом», если оно получает финансирование из-за рубежа.

Получив статус «иностранного агента», СМИ должны обозначать все, что они публикуют — даже сообщения в социальных сетях — работой иностранного агента, и ежеквартально представлять финансовые отчеты в Министерство юстиции. Даже ошибки в бухгалтерии могут повлечь за собой штрафы и лишение свободы.

Более того, если какое-то другое медиа (не «иностранный агент») пишет в своей статье о СМИ «иноагента», «неиноагент» также обязан в каждой заметке указывать статус упомянутого «иностранного агента». Требования к маркировке настолько сложны, что они делают содержание статей нечитаемым и разрушает всю структуру сайтов.

Вот как это выглядит:

Вся жизнь сотрудников СМИ — «иностранных агентов» стала кафкианской. Псковская журналистка Людмила Савицкая говорит, что теперь она должна государству подавать отчет о каждой копейке, которую потратила ее семья. Ежемесячно она предоставляет документ на 86 страниц, в котором описывает каждую покупку из семейного бюджета (в том числе покупку средств женской гигиены и лекарств для матери).

Проблемы возникают не только правового или экономического характера. Клеймо «иностранный агент» в русском языке (в отличие от других) имеет сильный негативный подтекст, термин по смыслу похожий на слово «предатель», что служит способом стигматизации независимых медиа.

Ни юристы, ни сами СМИ до конца не понимают, как работает этот закон. Физические лица или организации, получающие «помощь из-за рубежа», как финансовую, так и другую, в том числе от некоммерческих организаций или российских граждан, «иностранных агентов» и занимающихся «политической деятельностью», теперь сами могут рассматриваться как «иностранные агенты». Поскольку эта «политическая деятельность» не имеет четкого определения, то любое проявление гражданской позиции может быть отнесено к этой категории. Не давая четких определений в этом законе, российские власти толкают журналистов к самоцензуре.

Одно из крупнейших русскоязычных интернет-изданий «Медуза», зарегистрированное в Латвии, во всех своих сообщениях вынуждено огромным шрифтом предупреждать читателя, что конкретный материал создан СМИ-«иноагентом». Издание теперь должно отчитываться властям России о своих расходах. «Медуза» уже начала терять рекламодателей. Руководители издания сократили журналистам зарплаты и рассчитывают на пожертвования читателей.

«Мы действительно не знаем, что делать дальше», — так заканчивает обращение к читателям главный редактор «Медузы» Иван Колпаков.

Рекламодатели, даже если они и готовы работать с «иностранными агентами», просто не знают, как это можно сделать легально и не попасть под репрессии.

В середине мая статус «иностранного агента» получило деловое издание VTimes, которое было создано летом прошлого года выходцами из «Ведомостей» после смены главреда. Через несколько недель после внесения в реестр иностранных агентов издание заявило о прекращении своей работы. Причина клеймения звучит абсурдно — хотя издание зарегистрировано в России и не получает деньги из-за границы, администратор сайта проживает в Нидерландах. Статус «иностранного агента» разрушил бизнес-модель VTimes, а СМИ создавалось именно как бизнес.

Сейчас в списке СМИ-«иноагентов» находятся 34 медиакомпании и физических лица. Первыми иностранными агентами стали финансируемые Конгрессом США «Голос Америки», «Радио Свобода», телеканал «Настоящее время» и несколько их региональных проектов.

Российские структуры американского «Радио Свобода» из-за отказа регистрироваться иностранными агентами получили штрафов на миллионы долларов. Уже несколько месяцев редакции американского радио активно заняты переездом своих сотрудников из России в Киев и Прагу. Американская медиакомпания полагает, что выполнить все требования российского регулятора просто невозможно. Среди таких требований: маркировка из 24 слов после заголовка текста или 15 секунд перед каждым аудио- или видеосюжетом.

В июле российский Минюст внес в свой реестр СМИ-«иноагентов» The Insider. Этот ресурс совместно с Bellingcat в конце прошлого года опубликовал журналистское расследование об отравлении оппозиционера Алексея Навального, в котором заявлялось о причастности российских спецслужб.

Закрываются СМИ и по экономическим причинам. Портал Newsru.com сообщил о своем закрытии с 31 мая.

«После 2014 года стало понятно, что коренным образом меняется не только география и внешняя политика, но и внутренняя экономика», — говорится в заявлении редакции.

Весь архив, накопленный за 21 год работы, Newsru.com оставляет открытым.

Несколько месяцев назад из кремлевского пула исключили телеканал «Дождь», который несколько лет назад лишили доступа к кабельным сетям. Решение об исключении канала из пула связано с тем, что он подробно освещал возвращение оппозиционера Алексея Навального из Германии и акции в его поддержку.

Нежелательные организации

Кроме «иностранных агентов», в России существует другой репрессивный закон — о «нежелательных организациях». Закон разрешает Генпрокуратуре во внесудебном порядке запрещать как «нежелательную» любую иностранную или международную организацию, деятельность которой власти сочтут источником угрозы конституционному строю России, обороноспособности страны или безопасности государства. За «участие в деятельности» такой организации можно получить до шести лет лишения свободы.

Одно из главных российских журналистских изданий в сфере расследований «Проект» было добавлено 15 июля в список «нежелательных организаций». Это произошло по инициативе генерального прокурора России Игоря Краснова, которая основывалась на доносе директора провластного «Федерального проекта по безопасности и борьбе с коррупцией» — медиа обвинили в том, что оно финансируется и контролируются Конгрессом США.

Это первый случай, когда СМИ в России признали нежелательной организацией. До сих пор таковыми признавали иностранные некоммерческие организации, а независимые СМИ вносили в реестр организаций, выполняющих функции иностранного агента.

Если статус «иностранного агента» — разрешенная деятельность, обремененная дополнительными ограничениями, то признание нежелательной организацией — это фактически запрет любой деятельности.

Статус «нежелательной организации» токсичен. За сотрудничество с ней для российских граждан установлена ответственность: сначала административная, а потом — уголовная. При этом что именно значит «сотрудничать» — непонятно, власти трактуют закон как хотят.

Решение по «Проекту» было принято на фоне его резонансных журналистских расследований. Только за последний год «Проект» выпустил несколько расследований о высокопоставленных чиновниках и бизнесменах, в том числе из окружения президента России Владимира Путина.

Один из самых нашумевших материалов «Проекта» был посвящен акционеру банка «Россия» Светлане Кривоногих, дочь которой может быть дочерью Путина.

4 августа власти заблокировали три связанных с оппозиционером Михаилом Ходорковским сайта: «Открытые медиа», «МБХ медиа», проект «Правозащита открытки» и две страницы организации «Открытая Россия». Российские власти объяснили, что ограничили «доступ к информационным ресурсам Open Russia Civic Movement и Open Russia» — эти организации были в 2017 году признаны в России «нежелательными».

Журналистские проекты регулярно публиковали расследования об имуществе Путина и его союзников, широко освещали массовые протесты, коррупцию, преследование гражданских и политических активистов и другие неудобные для российской власти темы.

Михаил Ходорковский написал, что дальнейшая работа его проектов связана со слишком высокими рисками для журналистов — им вменяют в вину связь с «нежелательными организациями», а по российским законам это может стать причиной уголовного преследования). Вместо закрытых изданий Ходорковский планирует запустить новые медиапроекты.

Уголовное преследование

Вместе с тем журналисты оказались и под обычным прессингом. В начале апреля сотрудники ФСБ провели обыск у московского журналиста Романа Анина из-за его расследования о главе «Роснефти» Игоре Сечине. В декабре 2020 «Важные истории» Романа Анина также опубликовали материал о том, как бывший зять Путина приобрел за 100 долларов акции нефтегазовой компании, в руководство которой он входил, при этом предполагаемая стоимость этих акций оценивалась авторами в 380 млн долларов.

Главный редактор «Медиазоны» Сергей Смирнов отсидел 15 суток в спецприемнике за шуточный твит, в котором была написана дата несанкционированного митинга.

В связи с протестами фактически под домашним арестом оказались четверо редакторов студенческого издания DOXA. В Следственном комитете России считают, что они зазывали несовершеннолетних на несанкционированный митинг за освобождение Алексея Навального. В этом видео они осуждали попытки запугивания администрациями школ и вузов, которые угрожали учащимся последствиями за участие в протестах, и рассказывали о том, как молодые люди могут реализовать свои основные права на свободу выражения мнений и свободу собраний.

За последние несколько лет в России было несколько громких попыток уголовного преследования журналистов. Самые известные из них — дела Ивана Галунова и Ивана Сафронова.

Журналист и военный обозреватель Иван Сафронов, работавший в изданиях «Коммерсант» и «Ведомости», был задержан ФСБ 7 июля прошлого года по подозрению в государственной измене. Ему предъявили обвинение в передаче секретных сведений чешским спецслужбам, которые, по версии следствия, завербовали журналиста в 2012 году.

6 июня 2019 года в центре Москвы по подозрению в сбыте наркотиков был задержан корреспондент «Медузы» Иван Галунов. Запрещенные вещества, по словам полицейских, нашли в рюкзаке журналиста и при обыске в его квартире. Задержание журналиста дало старт масштабной протестной кампании в его защиту. На фоне протестов через несколько дней после задержания силовики прекратили уголовное преследование журналиста.

Александру Дорогову и Яну Котелевскому, которые находятся под стражей уже год, недавно снова продлили срок предварительного заключения.

Двое заместителей главного редактора независимого сайта расследований «Росдержава» были задержаны в ночь с 28 на 29 июля 2020 года в Подмосковье. В их задержании участвовало примерно 20 сотрудников российского спецназа. Их обвиняют в вымогательстве сотрудника дорожной полиции в обмен на прекращение критических публикаций про него.

Александру Дорогову и Яну Котелевскому, опубликовавшему в частности расследования о подкупе высокопоставленных сотрудников полиции похоронными компаниями, грозит до 15 лет лишения свободы. Они убеждены, что уголовное дело против них сфабриковано с целью им навредить.

А что говорит Кремль?

Кремль отрицает, что законодательство об иностранных агентах является цензурой, и Путин часто сравнивает его с законом США об иностранных агентах. На бумаге законы могут быть похожими, но российские власти используют термин «иностранный агент», чтобы задушить инакомыслие.

Российские власти говорят, что они просто защищаются. Официальный спикер МИД России Мария Захарова отвечала, что «все последнее время идет систематическая маркировка американскими социальными сетями всего контента, созданного иностранными СМИ с аналогичными пометками, что этот ресурс поддерживается иностранными правительствами». Россия только защищается, отвечая на цензурные интриги Запада, говорит она. 

Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков заявил, что Кремль не видит никаких ограничений в деятельности СМИ — «иностранных агентов». «Запрета на вашу деятельность нет. Вы можете продолжать свою деятельность», — сказал он на пресс-конференции.

«СМИ, особенно наши новые, быстро открываются и быстро закрываются — это постоянная история и постоянный процесс, — сказал Песков. — Всегда жаль, когда журналистские коллективы вынуждены прекращать свою работу, но мы не сомневаемся, что талантливый журналистский коллектив всегда найдет место».

Что дальше?

В сегодняшней России сформировалась самая репрессивная атмосфера за весь постсоветский период. Государство самыми разными способами пытается максимально контролировать свободу выражения мнений, свободу собраний и свободу слова, чтобы исключить независимую критику, в том числе в интернете. На этом фоне государственные СМИ убеждают аудиторию в деструктивности западных демократий, якобы заинтересованных в дестабилизации России и всего мира, призывают мобилизоваться для противостояния этой мифической угрозе и клеймят инакомыслящих «агентами влияния».

За последние 10 лет российское законодательство в сфере массовой информации поменялось так сильно, что даже неполитические журналисты почувствовали существенные изменения в своей работе.

Нынешняя атака на свободу слова в России беспрецедентна за последние 30 лет, и здесь можно провести параллели разве что с временами Александра III.

Преследование журналистов связано в первую очередь с парламентскими выборами, запланированными на 19 сентября, но нет никаких гарантий, что после выборов репрессии пойдут на спад. Кремль пытается купировать даже потенциальные попытки протестов, несмотря на то, что россиян в избирательном бюллетене ждет и так очень стерильный список из альтернативных кандидатов. Главных критиков Кремля к выборам не допустили, но стратегия «умное голосование» Алексея Навального, предлагающая россиянам голосовать за сильнейших конкурентов «Единой России» (даже из партий-спойлеров), может показать себя на общероссийских выборах, как уже ранее показала себя в Хабаровском крае и других российских регионах. Это заставляет российские власти всерьез готовиться к протестам после выборов, поэтому они превентивно и взялись за СМИ.

Средства массовой информации в авторитарной России стали выполняют исключительно пропагандистскую функцию. А честная и профессиональная журналистика сегодня возможна только с реальным риском для жизни, ведь она — одна из главных угроз выстроенной в России системе власти.

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?