Слава Коммисаренко рассказал, с какими трудностями он столкнулся, когда появился популярный мем про «Чык-Чырык» и комик открыто заговорил о политике.

«Когда я выпустил продолжение [истории про «Чык-Чырыка»], случился самый сильный всплеск. Мне очень много писали: и разные люди, и омоновцы. Реакция была такая сильная… Мне было неспокойно от того, что это вызвало такую волну. Но при этом эти шутки как-то разряжали напряжение. Они как будто позволяли чуть-чуть расслабиться в атмосфере этого ужаса».

Популярный блогер поинтересовался, что же ему писали омоновцы.

«Писали: «Интересно, с*ка, ты бы у меня сразу в автозаке обоссался или нет?» Писали и жены омоновцев. Те, что поадекватнее, говорят, мол, вы не понимаете всей ситуации: «Если ты не разбираешься в политике, не лезь сюда». Кто-то пишет: «Ты — клоун, что ты в этом понимаешь?!» — «Согласен».

А вот силовиков, кто писал бы, что сам все понимает, но ничего сделать не может, Слава не встречал.

Чтобы объяснить, в каком эмоциональном состоянии комик пребывал во время протестных месяцев, он рассказал одну историю, за которую, по признанию комика, ему неловко до сих пор: «В какой-то момент насилие перешло все границы, которые были возможны в голове. Уровень ненависти, того, что ты абсолютно ничего не можешь сделать… Пиковая эмоция. И в какой-то момент, кажется, сотрудники из объединения бывших силовиков начали разрабатывать программы и приложения по деанонимизации. Они вычислили некоторых омоновцев и слили их номера. Я позвонил им всем. Не знаю, зачем это сделал, меня просто трясло.

Трубку поднял только один, я ему сказал: «Ну что, с*ка?» — был просто не в себе. И он мне ответил: «Вы, наверное, Павлу звоните — я его брат». В той ситуации эмоции опережали твой рассудок. Если быть честным, это настолько тяжело выносить — не представляю, как это выносили люди в Беларуси».

Родители Славы переехали в Москву еще до его политических выступлений. Но до него дошла информация, что ими тоже интересовались: «Родителей же искали в Беларуси — на них был запрос. Вообще, в Беларуси сейчас все понимают, что надеяться ни на кого нельзя: ни на суды, ни на власть. Поэтому взаимовыручка на очень высоком уровне, люди друг другу помогают. Мне стали писать: «Привет, Слава. Ты меня не знаешь, у меня мама работает там-то, и сегодня был запрос на тебя, твою маму, папу. Просто знай».

Юрию Дудю не даёт покоя вопрос жестокости силовиков: как это возможно в стране, где живет девять миллионов человек? в стране, где дубинкой ты можешь попасть по соседу или даже по родственнику? Вот как это для себя объясняет Слава Коммисаренко:

«Наверное, они очень изолированы, обособлены от остальной части общества. У них своя каста: силовики и госслужащие ассоциируют себя с режимом, а не с народом. Посмотри на риторику Лукашенко: он говорит: «народец»; «вы умолять будете, чтобы я остался». Он считает, что он бог для этих людей, что они обязаны ему тем, что вообще живы. Представители режима, наверное, перенимают часть этой философии».

Спросил журналист, не изменилось ли отношение комика к Максу Коржу после его высказывания во время протестов. Напомним, 11 августа, в самый разгар протестов, рэппер написал у себя в инстаграме: «Пацаны. На сегодня вы победили. Тормозите сегодня движ (я говорю только про сегодняшний день). Вы показали, что можете дать отпор. Навели шуму на весь мир. Жестких видеоматериалов хватит на месяц вперёд, чтобы не потухнуть. Эта тема (прямые столкновения) сегодня не сработает в плюс. Ту «победу со дня на день», о которой вам пишут в телеге, на данный момент прямыми столкновениями объективно одержать нереально». Его слова вызвали волну хейта.

«Нет. Более того, мне хотелось его поддержать. Хотелось сказать, мол, ребята, вы не там врагов ищите. Не надо осуждать никого из своих. Корж — достойный сын Беларуси. Возможно, он выразил свои мысли как-то неправильно, косноязычно, но он точно переживает за все — я уверен, хотя мы и не знакомы. Просто он что-то может сказать, а другое — нет».

Насчет будущего Беларуси у Славы такие прогнозы: «Я оптимистично настроен. Все это закончится. Не знаю, насколько скоро, но то, что происходит — противоестественно. Как будто противоречит самой жизни. Если кто-то говорит, что белорусский протест загнулся или не принес результата — он ошибается. Все увидели, что происходит в Беларуси — кто добро, а кто — зло. Это не пройдет бесследно».

Комик также рассказал о своих планах сменить гражданство: пример Анжелики Агурбаш, гражданки России, натолкнул его на идею получить российский паспорт, к тому же в белорусском документе у него заканчиваются страницы для виз, а как сменить паспорт, не попадая в Беларусь или в ее консульство, пока Слава не придумал.

На вопрос блица: «Разучиться шутить или пожать руку Лукашенко?» — стендапер не раздумывая ответил: «Разучиться шутить».

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, активируйте JavaScript в настройках своего браузера