В Алматы 4 января демонстранты не просто вступили в стычки с полицией, а сумели отобрать оружие. Фото Рейтер.

Мир удивленно наблюдал, как за сутки железобетонный, казалось бы, казахский режим зашатался и был вынужден просить помощи у Москвы.

Многие белорусы увидели в событиях в сердце Азии параллели с протестами 2020 года в Беларуси.

Ничего подобного.

В Беларуси люди изначально требовали свободных выборов и отставки диктатора. В Казахстане первоначальные требования были чисто экономические, чтобы цену на газ вновь сделали субсидируемой.

В Беларуси на улицы выходили сотни тысяч людей. В два раза большем по численности населения Казахстане это были, скорее, тысячи, чем десятки тысяч.

В Беларуси центром протестов была столица. В Казахстане столицу протесты почти не затронули.

В Беларуси существовала, и существует, и будет существовать структурированная, пусть и загнанная в подполье оппозиция — настоящее «параллельное общество»: общественные организации, политические группы, СМИ и негосударственные структуры. В Казахстане все это тоже существует, но в намного слабом, зародышевом виде. Зато там большое значение имеют родоплеменные структуры.

В Казахстане традиционно сильный криминалитет и полукриминальные структуры, хлынувшие на улицы городов, как только возникло безвластие. Ничего подобного в Беларуси не было и не может быть в принципе.

Белорусы имеют с трех сторон альтернативу постсоветской автократии, и, хотя это из геополитических соображений не артикулировалось Тихоновской и Бабарико в 2020-м, стремятся к сближению с Европой. И Европа готова к такому сближению. Геополитическая ситуация казахов, мягко говоря, неблагоприятна для демократических перемен: с одной стороны Россия, с другой Китай, с третьей — талибы, Мирзиеев и Бердымухамедов на ахалтекинском скакуне.

Сама динамика событий была в KZ такова: началось со взрыва народного возмущения ростом цен на газ, протесты охватили области, где живет так называемый «младший жуз» (Назарбаев и Токаев — из родов «старшего жуза»), плюс к тому на улицы нескольких городов вышли несколько сотен продемократических активистов. После в Алматы собралась демонстрация с участием нескольких десятков тысяч человек, и тут же начались жестокие, со степной яростью, стычки. Их участники стали жечь машины полиции, отбирать у силовиков оружие и дубинки.

Демонстранты в Астане на захваченном военном грузовике. Фото Абдуазиза Мадиарова, Франс Пресс.

При всех нюансах в Беларуси было все просто: за Лукашенко и против Лукашенко означало за демократию или за автократию, за ориентацию на Европу или за ориентацию на Россию, за правовое государство или за диктатуру.

В Казахстане все сложно: это и подковерная борьба «назарбаевских» и, вишь ты, «токаевских», и старые счета трех жузов, и амбиции кланов, отодвинутых от ресурсов, и прошуки сомнительных игроков типа Мухтара Аблязова, и исламистские влияния, и желания низов «забрать и разделить», и — тоже, но не главное — стремление среднего класса, национальных демократов, либералов и интеллигенции добиться больше демократии. А также своеобразные интересы криминальных и полукриминальных группировок, которым заварушка была выгодна просто, чтобы поживиться.

Если на следующий день после первой крови в Алматы протестующие пошли на штурм администраций и силовых структур в десятке городов страны — значит, таков был организационный центр за всем этим, параллельно с этим в больших городах одновременно началось массовое мародерство и поджоги. Кто бы ни стоял за последним — в чатах пишут, что это была умышленная тактика властей. Было очевидно, что

в актах слепого разрушения и мародерства участвует столько же, если не больше людей, чем в протестах. Это напоминало «псевдореволюции» в соседней Киргизии, а не Майдан или белорусские марши.

И большинству сразу стало не до протестов, так как надо было защищать собственное имущество. Средний класс оказался в ситуации той алматинской блогерши, которая вечером носила пирожки протестующим, а утром ее ювелирный магазин распотрошили.

Парадоксально, что, хотя никто в Казахстане, в отличие от Беларуси, не ставил вопроса о власти, никто публично не требовал отставки Токаева, если бы Алматы был столицей, в этой мути власть и пала бы — в пользу другого клана. И Путину осталось бы сделать вид, что так и было — как он не раз уже делал вид относительно Кыргызстана (но вряд ли на сегодня он проглотил бы такое в Беларуси). Да только Назарбаев столицу перенес в позолоченную Астану, в 1200 километрах от кипящего юга.

Мнение: Стоило Назарбаеву своевременно уйти, и он бы остался позитивным персонажем в истории 

Тем не менее, Астана испугалась настолько, что Токаев и Назарбаева отодвинул, и правительство снял, и предпочел пригласить для подстраховки российские войска (что свидетельствует, возможно, о неуверенности Токаева как руководителя и недоверии к собственным силовым структурам). А Путину только это и нужно: роль жандарма-миротворца, недорого.

Так казахи хотели более низких цен — а получили российских десантников.

И так российские войска могли легко войти в Беларусь в 2020-м, если бы только белорусы попытались снять Лукашенко силой.

Александр Лукашенко и Николай Лукашенко во время саммита СНГ в Петербурге. 29 декабря 2021 года. Скриншот из видео.

Только Казахстан не Беларусь: казахи другой расы, держатся своих кланов и говорят на своем языке, Назарбаев построил авторитарное, но национальное государство. А от Беларуси рожки и ножки могут остаться, дай ты здесь в дополнение к пророссийскому правителю еще и российские войска на улицах. Поэтому анализировать действия казахских властей и казахской улицы следует, но проводить параллели нет оснований.

И все равно наблюдать за ошеломляющими новостями из Алматы Александру Лукашенко и Владимиру Путину было страшно неприятно: если уж казахи хотят перемен, то что говорить о белорусах.

От «Мисс Казахстан» до «жены» Назарбаева. Кто она, Асель Курманбаева?

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?