«Мы живем в атмосфере абсолютной тревоги»

Первый герой фильма — журналист Никита Мелкозеров, который до 2020-го работал на «Онлайнере» и параллельно снимал свою программу, а потом полностью ушел в YouTube, где делает проект «Жизнь-малина». Свой отъезд из Беларуси он объясняет тем, что 3-го июня 2021-го задержали журналиста Александра Ивулина, который делал на YouTube проект «Честнок» о белорусском спорте.

«Я понимал, что у силовиков существуют расстрельные списки активных людей, которые на виду. Я понимал, что я не в первых рядах этих списков, но до 3-го июля Саша Ивулин был значительно ниже меня, и он резко поднялся вверх. Ситуация была рандомной, и я четко понимал, что надо убегать».

Отметим, что Мелкозеров, в отличие от Ивулина, не был на акциях, протестная тема появляется только в его разговорах с героями, но сам он в протестах не участвовал, ни как гражданин, ни как журналист, ни в 2020-м, ни до того.

«Надо понимать, что мы живем в атмосфере абсолютной тревоги. И вопросы, почему ты еще не сидишь, звучали регулярно — продолжает Никита. — Лето 2020 года — лучшее в моей жизни и в жизни многих белорусов.

Мы почувствовали такую причастность к стране, что можем на что-то влиять, без всех этих разговоров, что политика - это не ваше, ты наполнил смыслом слова «гражданин».

Летом 2020-го я каждые десять минут выскакивал посмотреть, нет ли под моими окнами милицейской машины. Ты живешь в таком напряжении, не отвечаешь на незнакомые номера. А когда уезжаешь, есть чувство вины, думаешь, правильно ли ты сделал, грызешь себя изнутри.

«За 80 лет ничего не изменилось»

Журналист и блогер из Гродно Руслан Кулевич на своем канале «Мы вернемся» показывает истории белорусов из разных сфер, не только айтишников, которые выступили за перемены и были вынуждены спасаться от преследования за границей.

«Моя задача — показать, что революция была не только в Минске, но и что было в регионах, — Руслан Кулевич. - Сначала я снимал о героях из Западной Беларуси, сейчас перехожу на Восток. Мне самому было интересно, что там произошло, потому что у нас, на Западе, говорят, что на Востоке живут ватники, то есть больше сторонников присоединения к России, но, как показывают истории моих героев, там тоже были протесты, и по 15 тысяч человек выходило».

Руслан — автор нескольких книг о гродненцах, которые еще в советские времена покинули свой дом.

«Я спрашивал, почему они уезжали. Они отвечали, что бежали от коммунизма. Выбор был или Польша, или Сибирь. Я и сейчас с ними созваниваюсь, им уже по 90 лет. И они говорят: «Мы убегали в 1946-м, когда разрешили уехать, но думали, что вернемся, а ты сейчас сбегаешь, и от тех же коммунистов. За 80 лет ничего не изменилось, одни и те же люди сидят у власти», — говорит парень.

«Кто в тюрьме не сидел, тот не белорус»

Дудь исследует вынужденную эмиграцию не только с известными блогерами и журналистами, но и с простыми белорусами, которые в 2020-м впервые вышли на протест. Среди них пенсионерка Александра Ханевич, возглавлявшая ветеранскую организацию завода «Химволокно» в Гродно.

«Кто в тюрьме не сидел, тот не белорус. Я даже горжусь этим», — говорит женщина, которая вынужденно уехала в Белосток.

Она собирала подписи за Лукашенко, а после увидела, как в ее городе задержали Тихановского, и изменила свое мнение. Дальше — митинги, задержание и суд.

«Выбор был, или родная тюрьма, или заграница, — подытоживает она. - Многие говорят так: у тебя были дача, квартира, машина, что тебе еще нужно было? А я не только за себя выходила, я не вижу перспектив для своих внуков.

В том же Белостоке оказались две сестры из Гродно — Жанна Захаркевич и Надежда Степанцева, бывшие сотрудницы государственных организаций, осужденные к ограничению свободы.

«Лукашенко так хотел удержаться у власти, что пожертвовал своим народом, — объясняет вынужденный отъезд Жанна. — Мы увидели в независимых СМИ избиение мирного населения. Вот что заставило меня выйти.

Я не могла смириться с насилием, которое применяют силовики. Смерть Тарайковского просто шокировала, когда уже начали стрелять в наш народ. Так а что будет дальше, если мы будем сидеть и молчать? Поэтому мы обязаны были выйти. Не так удивил результат выборов, к этому мы были готовы, последние двадцать лет он побеждал и побеждать будет, пока народ молчит.

Но насилие терпеть, когда на твоих глазах ни за что избивают людей? Люди от дождя прячутся, их избивают, с травмами забирают, а потом на них же еще и уголовные дела заводят! Ну как можно молчать? Это себя перестать уважать. Если можно было бы поменяться с 17-18 летним ребенком, освободить его и за него отсидеть, мы бы пошли на это».

Елена — многодетная мать, более 16 лет она прослужила в армии, не имела ни одного взыскания. Ей оставались три года до пенсии, но она написала рапорт на увольнение, потому что хотела быть на стороне народа. При этом ее муж, тоже военный, не принял ее выбора. Фактически политика разбила семью.

«Попала на площадь, видела, как людей били, как их уничтожали. А они вышли, чтобы сказать, что украли их голоса, это была мирная акция. ОМОН бил даже тех, кто проходил мимо. Я оказалась рядом с незнакомыми молодыми людьми, на нас побежали, они мне помогли. Это было страшно. Я была в армии и считала, что мы должны служить народу, а не поддерживать Лукашенко. Я участвовала в акциях, после работы ходила. А на работе нам показывали видео, как делаются революции за рубежом. Командир сказал, что если кто-то не согласен с политикой нашего президента, можно написать рапорт, я так и сделала. После меня ушли еще два человека, но они не сами подали рапорты, им дали такое указание».

»Лукашенко убежден, что он политик мирового масштаба»

Экономист и блогер Сергей Чалый был в команде Лукашенко, когда тот в 1994-м шел на свои первые выборы. Как Лукашенко изменился за это время?

«Во-первых, он потерял харизму, хотя по-прежнему думает, что она у него есть. Он был очень сильным оратором, мог полемизировать в пулеметном стиле. А в последние годы во время пресс-конференций устраивает семичасовые монологи, он уже не можно нормально ответить ни на один вопрос, — считает Чалый. — Он слишком долго находился у власти, а с конца 1990-х каждое важное назначение под его контролем, в результате он поверил в то, что является фигурой мирового масштаба. И его окружение ему это постоянно повторяет, а все политики вокруг него, как он сам говорит, ничтожества.

И к Путину он так относится, смотрит на него сверху вниз, так как считает, что в отличие от него, он честно выиграл выборы в 1994-м, его не привели за руку во власть».

Айтишник Павел Либер, сделавший карьеру в EPAM, не интересовался политикой в 2020-м, а впоследствии сделал программу «Голос», которая позволила собрать данные о том, что выборы были сфальсифицированы.

«В Беларуси уже недостаточно не лезть в политику, — рассуждает Павел. — Мы оказались очень близко к 1937 году, когда один человек может донести на другого. Сегодня ни один человек в Беларуси не может чувствовать себя в безопасности. И если не выполняется первое требование о личной безопасности, тебя уже не интересует остальное. Я думаю, самое большое достижение 2020 года, что люди поняли, что происходит в стране, раньше государство всячески пыталось отвернуть их от политики. Думаю, то же происходит и в России».

Читайте также:

«В Украину мама проводила как на войну в Чечню». Денис Дудинский о жизни и работе в Киеве, отношениях с родителями и про пропагандистов

«Ведь в Беларуси — жесть». Колясочник перебрался на Тенерифе и строит там себе дом

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, активируйте JavaScript в настройках своего браузера