Клинтон выиграла голосование, но проиграла выборы. А South Park 9 ноября выпустил наспех переделанную по итогам выборов серию с выразительным названием: «Oh, Jeez».

There’s no turning back

Преподаватель БГУ Андрей Екадумов в своей блестящей монографии много рассуждает о Рефлексивном, или Втором модерне. Это не новость, о постиндустриальном обществе пишут даже в белорусских учебниках. Победа Трампа, которую рефлексируют все — от публицистов «Нашей Нивы» до авторов South Park'a, — задает новые рамки эпохи. Все только начинается, почему бы не увлечься манящими огнями больших городов? We're gonna make it.There's no turning back, подытоживает в последней серии «Южного парка» Эрик Картман под напряженный драматизм музыкального сопровождения.

Last but not least

Профессор университета Регенсбурга (Германия), Фолькер Депкат, (Volker Depkat) дал по-академически основательное объяснение в интервью «Немецкому радио».

Причину он видит в тех экономических переменах, которые переживает американское общество, «интенсивных и в короткие сроки». Перемены вызваны глобализацией и выражаются в разрушении традиционной системы занятости в промышленности. Сокращение числа рабочих мест происходит не только в результате наплыва мигрантов, но и в результате компьютеризации. Далеко не все американцы оказались готовы к таким стремительным переменам.

Речь идет не только о 10—15% плохо образованных белых пролетариев, которые уже потеряли свои рабочие места. «Мы упрощаем, говоря, что за Трампа голосовали только неудачники глобализации», — отмечает Депкат. Очень многие семьи живут на пороге утраты своего нынешнего социального статуса. При этом многие, ввиду закоренелого «менталитета кредитных карточек», не понимают, что привычный для них стиль жизни они уже не в состоянии себе позволить, что порождает естественные страхи перед глобализацией и будущим как таковым, которые удачно и канализировал Трамп.

Наконец, last but not least [не могут быть игнорированы] плюрализация социокультурного пространства США, миграция и «третья волна» переселения в Соединенные Штаты, а также утрата белыми англосаксонскими протестантами их значимости. В конечном итоге, споры вокруг «политики идентичности» и «лидирующей культуры», страх многих американцев утратить свою идентичность оказали помощь Трампу, который сумел ответить на эти вызовы прямо и доступно.

Нельзя не отметить и мощный популистский потенциал самой американской политической системы, который также создал структурные предпосылки для избрания Трампа. Речь в данном случае идет о том, что американская политическая система предусматривает избрание конкретных личностей, а не голосование за партийные списки. Этот институциональный, структурный ресурс был использован Трампом не меньше, чем наболевшие в обществе проблемы.

To the end of what?

Мультяшный Билл Клинтон в сценарии Трея Паркера признает вину, ставшую одним из центральных пунктов дискуссии «после Трампа». Почему? «Because we're very close to the end». На тревожный вопрос — «To the end of what?» «Южный парк» не дает ответа.

Становится всё интереснее, правда? Это новая черта духа времени, когда снова слышно, как вращаются колеса истории. Когда люди просыпаются летом — а в Турции провалился государственный переворот. А потом в ноябре просыпаются — а Трамп выиграл выборы в Пенсильвании. А затем и не только в Пенсильвании. Немецкие авторы цитируют написанное Гёте в 1792 г. и спрашивают, не наблюдаем ли мы случайно нечто наподобие победы французской революционной армии над прусской? Гёте воспринимал это как смену эпохи.

Действительно, разве не удивительно, что повсюду в наше время можно увидеть приблизительно идентичные размышления? Колумнист немецкого журнала Cicero пишет о дикой ненависти к новациям, о разрыве связей между рабочими и номинально рабочими партиями и напоминает, что, хотя «радикальный национализм и может быть опасен», все-таки «это нормально — переживать за свою страну». Мол, нельзя упрекать людей, если они хотят, чтобы их страна оставалась такой, какая она есть, а не менялась. В этом же русле рассуждает Стась Карпов в НН: парадоксальным образом те, кто сегодня возмущен и оскорблен победой Трампа, тоже внесли в нее свою лепту.

В их ряду оказывается и South Park, который концентрирует эту разлившуюся по всему миру тревогу — о либеральной демократии, о будущем и о выборах. «Wieners out» — скандируют учащиеся начальной школы, проблематизируя мейнстримный дискурс вины и групповой ответственности «белых мужчин».

Стало интереснее. Привет, старый добрый South Park, привет, наново функционирующий дух времени.

Когда люди обозлены, им читают лекции о «разнообразии»

Белорусские комментаторы, эксперты, интеллектуалы и вообще — представители (а их негусто) креативного класса в «свядомом» Минске — часто шутят: «Белорусы выбирали Трампа, когда это еще не было мейнстримом». Выводы о том, что это было поражение медиа, что чем увереннее профессионалы и спикеры предсказывали поражение Трампа, тем сильнее становились его шансы, для нас эти выводы действительно не новы.

Немецкие же авторы стремятся сделать выводы из американской компании.

Один из авторов FAZ утрерждает: тот, кто представляет электорат Трампа полудурками, недооценивает их фрустрацию.

Главный урок «Трампа» (как явления) — космополитическое чванство плохо продается на политическом рынке (где всё, в принципе, возможно — «и так и должно быть»). Толерантным и либеральным жителям метрополий, которые выиграли от глобализации, негоже презрительно смотреть на тех, кто относится к глобализации иначе. Ведь иное отношение может быть результатом не только низкого уровня образования и расистского мировоззрения. Иное отношение — раздражение, возмущение, страх — основывается также и на ежедневном опыте миллионов людей, которые без особых надежд поглядывают в будущее или даже уже сегодня не находят себе места на большом празднике жизни. В условиях демократии их голоса тоже имеют значение. Потому что демократия — это сосуществование и диалог вопреки различиям.

Здесь уместно процитировать из той же FAZ: «Кое-кто считает, что если ему хорошо, то и все должны быть в восторге от такого общества. Обозленным людям читают лекции о «разнообразии» или советуют голосовать за «правильных левых», которых [на самом деле] нет. И считается, что после таких лекций теперь-то уж всё будет окей. Разве это разумно?»

Таковы немецкие выводы. Кажется, для минской либеральной тусовки они были бы тоже нелишними. Хотя, конечно, есть разница. В Германии эти дебаты могут иметь практические результаты, ведь там через год состоятся выборы. В Беларуси это особого значения иметь не может — по известным причинам.

Nice little country you have here

Пока же в этом гармидаре можно забавы ради повозиться со структурой этого нового всего, которое нам (не) повезло наблюдать в его становлении. Заняться поиском не столь серьезных и глобальных зацепок.

«Nice little country you have here. Very clean», — говорит Джеральд Брофлофски, посещая Данию.

Как-то неожиданно много в этом белорусского.

Клас
0
Панылы сорам
0
Ха-ха
0
Ого
0
Сумна
0
Абуральна
0

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?