Фото: Екатерина Красницкая

В Одессу Евгения в прошлом году поехала в отпуск, но через какое-то время поняла, что в Беларусь не вернется. Говорит, на это были свои причины, озвучить которые она пока не может, так как идет следствие.

Близким об отъезде до последнего ничего не сообщала.

«Через пару недель сказала своей матери, что сейчас буду жить в Одессе. Она ответила, что начала догадываться. Поскольку я была активисткой, то у нее, конечно, были мысли, что я могу уехать. В Одессе в начале марта этого года я должна была купить квартиру, хотелось летом принимать у себя друзей и родственников. Даже сделала список, кто и на какой неделе заезжает. К сожалению, пока не судьба», — говорит Евгения.

«Нас недавно, например, отбомбили»

В 2020-м девушка была наблюдателем на президентских выборах.

«Если сравнивать тот год с 2022-м, то были прекрасные времена, — шутит она. — Могу сказать, что это абсолютно разные ощущения, когда к тебе стучатся в дверь и когда просыпаешься от взрывов».

В отличие от многих, к возможному началу войны Евгения готовилась. Сделали запас воды, продуктов, заставила друга заполнить бак в машине на случай отъезда и думала о сборе тревожного чемоданчика.

«Естественно, все равно это произошло неожиданно. Проснулась 24 февраля в 6:30 от звонка подруги из Минска. Живу я в Одессе в самом центре, звуки взрывов в тот день до меня не доходили. Тогда я пожалела, что меня разбудили. Уснуть уже было невозможно,а выспаться перед этим всем стоило. Даже сейчас прошу меня не будить, когда начинаются взрывы. Я сама проснусь, когда услышу. А что делать, если они далеко — не понятно. Сидеть и переживать?

Тогда был план тут же ехать в Молдову. Но я его отложила, так как было непонятно, где идут обстрелы, выезд казался опасным. Что сделала я? Пошла мыться. Многие тогда в Украине решили принять душ, потому что были не уверены в том, что будет вода».

В Молдову Евгения выехала на второй день войны. У нее заканчивался срок пребывания в Украине, а документы на вид на жительство она подать не успела.

«Когда началась война, миграционная служба закрылась. И тогда я решила, что надо уехать, а то мало того, что я белоруска, так еще и нелегально нахожусь в стране. Ехала на автобусе, который был полностью забит людьми, многие стояли прямо в проходе. При выезде ко мне как к белоруске никаких вопросов не было, так как там пограничникам было не до этого», — говорит она.

Фото: Екатерина Красницкая

В Молдове Евгения несколько недель волонтерила, а после вернулась обратно в Одессу. Девушка считает, что от белорусской привычки убегать нужно избавляться.

«Ехать в Польшу? А если это все через какое-то время начнется и там? Снова бежать? Мы видим, что Украина очень успешно отбивается.

Я решила, что надо не бежать, а попытаться победить. Несколько недель в Молдове я волонтерила. Объясняла людям, куда они могут обратиться, где и что находится, какая помощь возможна. Видела, насколько сильна боль у людей. Стало понятно, что оставаться в стороне я не хочу. Намного легче находиться в Одессе и помогать.

Вот нас недавно, например, отбомбили, а после мы веселимся, пьем вино и поем песни. И это очень искренняя радость. Мне лично здесь морально легче. Поэтому вернулась сразу с договором на волонтерство. Вообще мне многие пишут »беги, беги». В такой момент я понимаю, какие у меня ценности», — объясняет Евгения.

«И тот дал мальчику «Сникерс»

Сейчас в Одессе девушка помогает эвакуировать людей с оккупированных территорий и линии фронта — Херсона, Запорожья, Николаева. С начала войны волонтерам удалось вывезти более двух тысяч мирных жителей.

Также в волонтерской организации «Одесса как она есть» благотворительного фонда «Пліч-о-пліч» Евгения занимается гуманитарной помощью.

Волонтерский штаб. Фото: Николь Драморецкая

«Переселенцы приходят к нам за продуктами, средствами гигиены, одеждой, одеялами, посудой. К сожалению, многие люди выезжают голые и босые. И купить все это теперь не у каждого найдутся деньги. Сам волонтерский штаб у нас образовался стихийно. Его основа — одесситы. Они закупают все необходимое, что-то находят среди своих.

Я берусь за то, что прежде всего нужно делать. Например, сейчас в Николаеве пробили водопровод. Отремонтировать его, конечно, в таких условиях возможности нет. Город остался без воды, и теперь Одесса поставляет ее туда. Мы ежедневно возим по несколько тонн воды.

Фото: Николь Драморецкая

Еще я сейчас активно занимаюсь нашими соцсетями, чтобы было видно, что мы делаем и что нам необходимо. Об этом все можно читать в нашем Инстаграме. Особенно быстро расходятся продукты, памперсы, средства гигиены. И приходится искать новых спонсоров», — делится собеседник.

Работать с переселенцами Евгении непросто. У каждого из них своя боль.

«Были люди из Херсона, у которых знакомые в машине вместе с детьми взорвались. Русские минируют выезды и не предупреждают едущих гражданских. Они мне об этом рассказывают, а я не нахожу, что ответить.

Фото: Николь Драморецкая

У нас часто бывают очереди за помощью. Замечаю, какие в них растерянные люди. Обычно в очереди ругаются, а переселенцы сидят и всех пропускают. Идти им некуда, делать нечего, и они хоть целый день могут быть в этой очереди. У меня слезы навернутся, а потом возьму себя в руки и иду дальше помогать.

Тронула история ребенка из Мариуполя. По дороге в Одессу при опасной эвакуации из Мариуполя, а точнее подвала, где у семьи уже несколько дней как закончилась еда, и ребенок был голоден, они встретили какого-то украинского солдата. И тот дал мальчику »Сникерс». И он вез его оттуда и не ел. Для него это как символ, память». 

Фото: Николь Драморецкая

Рабочий день у волонтеров ненормированный, работают с утра и до вечера. Выходные можно брать по необходимости, но чаще, замечает Евгения, люди обходятся без них.

«Местные достали доски и пошли плавать»

За это время девушка ни разу не сталкивалась с негативом в сторону белорусов. В Одессе даже есть мурал с надписью »Жыве Беларусь, Слава Украине».

«Есть официальные препятствия: заблокировали расчетные счета, на почте не выдают посылки, нотариус тоже ничего выписать не может. Вид на жительство мне так и не выдали, сказали, что разберутся потом (надеюсь, так и будет). Деньги на покупку квартиры заморозил Национальный банк Украины. Сейчас сделки официально не проводятся, и даже если они начнутся, то я думаю, что у белорусов еще долго будут проблемы с этим. Поэтому я продолжаю снимать жилье. А вообще хочется верить, что война повлияет на белорусов в лучшую сторону. Мне кажется, что это еще один шанс на перемены в Беларуси. Но каким образом это может произойти, не знаю», — рассуждает она».

Фото: Екатерина Красницкая

Больше всего Евгению в этой ситуации восхищают одесситы. Когда летит ракета, они садятся в машину и едут туда, куда она упала, а не наоборот.

«Я спрашиваю: А зачем? Отвечают, что там сейчас будет нужна помощь. Такая здесь солидарность. Еще шутят, что, если будет ядерный взрыв, они пойдут смотреть, что случилось. Белорусы обычно убегают, а одесситы идут разбираться.

А когда стало тепло, местные достали доски и пошли плавать в море. Там флот ходил, людей пугал, а им все равно. Даже было две попытки высадки десанта, но сами российские военные отказались это делать. И этот корабль дважды отходил обратно в Крым. Был обстрел из него, и пострадали здания, которые вдоль моря, но сейчас там тишина. После потопления крейсера «Москва» они близко не подходят, мы их не видим.

Одесситам запретили ходить на пляж, так как он заминирован. Я думаю, что если бы не это, то они бы и на яхтах плавать начали. Здесь один известный клуб готовится после ремонта открыться. У них полная уверенность, что будет сезон. И в объявлениях на аренду квартиры написано «до сезона», — говорит она.

Мурал в Одессе. Фото: личный архив

Во время обстрелов Евгения находится у себя в квартире либо в волонтерском штабе, который разместился в местной школе. Бомбоубежищ в Одессе почти что нет, ведь старый центр города построен до Второй мировой войны.

«Большинство зданий дореволюционные. Есть просто подвалы, но в них страшно находиться, потому что если завалит, оттуда будет невозможно выбраться.

Фото: Екатерина Красницкая

Есть жители, которые спускаются в убежища, но в основном те, кто боится обстрелов, из Одессы уже выехали. Остальные живут с мыслью «как Бог даст», — описывает девушка.

Евгения говорит, что со временем хочет вернуться в Беларусь, но не в ту страну, которая есть сейчас. Прогнозов, на сколько лет эта ситуация затянется, девушка не делает.

«Мне в этом смысле понравилось высказывание одного психолога, который сидел в концлагере (Виктора Франкла — НН). Он сказал, что те, кто думал, что это скоро закончится, сломались первыми, вторыми сломались те, кто думал, что это закончится не скоро, а выстояли те, кто продолжал заниматься своими делами. Теперь я принадлежу к третьим».

«Нашу Ніву» финансируют ее читатели — поддержать просто

Читайте также:

Россияне снова заявили об обстреле своей территории «украинской авиацией», которая давно якобы ими уничтожена

«Во время осмотра у меня просто отвалился палец на ноге». История украинца, вернувшегося из российского плена покалеченным

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, активируйте JavaScript в настройках своего браузера