Журналист, известный по музыкальным обзорам на Ultra-music и репортажам из белорусской провинции на «Онлайнере», сейчас примеряет на себя амплуа писателя. Расспросили его подробнее о первом романе.

Александр Чернухо. Фото здесь и далее: личный архив

«Это был ответ моего организма на события, происходившие из Беларуси в 2020 году»

«Наша Ніва»: Существует известная шутка. «А правда ли, что каждый журналист мечтает написать роман?» — «Нет», — солгал Довлатов. Ты мечтал?

Александр Чернухо: Думаю, нет, ведь что это за мечта — написать роман? В случае с созданием книги «Свиньи» — это был ответ моего организма на события, происходившие в Беларуси в 2020 году, начиная с августа. Просто нужно было найти для себя эмоциональный выход, систематизировать события и создать цельное высказывание на эту тему.

Хотя предложения написать книжку поступали раньше. Была смешная история: я работал в «Народной газете» и как-то встретил экс-главного редактора, который после своего увольнения стал руководить государственным издательством, а теперь он — заместитель министра информации, который, как раз, отвечает за издательскую деятельность (речь идет о Владимире Андриевиче. — «НН»). Он очень возбужденно начал говорить: «Саня, давай книгу выдадим. Книга — это то, что должно после человека остаться, после каждого мужика». Причем он мне предлагал написать книгу про музыкальные инструменты, о которых я ничего не знаю. Но аргументы были: «Саня, какая разница — меньше текстов, больше фоток — клиповое мышление, Саня».

«НН»: Многие, прежде чем начать писать, идут на специализированные курсы. Как ты лепил из себя писателя? Опирался на журналистский бэкграунд?

АЧ: Мне кажется, у меня есть читательский бэкграунд, благодаря которому я понимаю не только какие-то вещи в своей жизни: что такое добро, зло и как с этими вечными сюжетами работать. Но и чисто технические: как строится сюжет, структура и так далее.

Опять же: у меня не было цели написать книгу-книгу. Это было такое путешествие, и я иногда сам не понимал, куда оно приведет. Ты сидишь и просто строишь какие-то сюжетные нюансы, события конструируешь. И потом уже в процессе, параллельно в нашей реальности тоже происходят определенные события, ты понимаешь: ага, вот это хорошо подошло бы к моей книге. Все окончательно сложилось, когда я придумал финал и разобрался со всеми персонажами — понял, куда каждого приведу в итоге.

У меня была достаточно большая фокус-группа из людей, которым я доверяю и которые не стали бы врать в лицо. Это были и друзья, и жена — мой самый строгий критик. И достаточно медийные персоны — Татьяна Замировская, Артемий Троицкий. Очень широкий диапазон людей. И вот когда они мне сказали, что получилось хорошо, я понял, что это не исключительно мои попытки пощекотать эго.

«НН»: Как ты совмещал писательство с тогда еще работой на «Онлайнере», был какой-то график?

АЧ: В тот момент, с октября 2020-го, оно само из меня лилось. И вот когда я чувствовал — нужно записать, чтобы не забыть, то писал. По принуждению книгу не напишешь.

Почти половину романа я написал в отпуске, во время которого мы с женой поехали в наше любимое место на Лепельщине. Там ни души.

Мы жили вдвоем, на берегу озера. Жена наблюдала за следами зверей в лесу, а я в это время писал. Это был такой интимный момент и очень полезный в плане отсутствия факторов, которые могли бы отвлечь внимание. Когда мне хотелось сделать перерыв, я тоже гулял по лесу, дышал свежим воздухом, ходил в баню, смотрел на озеро. Это очень помогало в терапевтическом смысле и в плане вдохновения, потому что я, наконец, смог систематизировать свои мысли и вывести этот рассказ в нужное направление.

«В деревне Кочаново, где все началось, происходят брутальные разгоны митингов»

«НН»: О чем твоя книга?

АЧ: Это такая комедия, которая не столько идет от сюжета, сколько от обстоятельств, в которых все происходит. В эту атмосферу нужно занырнуть как следует, и тогда уже почувствуешь сам роман.

Действие происходит в Груздевском районе, небольшом райцентре, где начали умирать свиньи. У местных жителей по этому поводу происходит паника: все привыкли к кабанчикам домашним,что теперь делать? И руководство этого района решает как-то успокоить жителей, но делает это очень специфично (как руководство одного очень известного нам государства): если хочешь успокоить, а получается наоборот.

В деревне Кочаново, где все началось, происходят брутальные разгоны митингов и чуть ли не мистические вещи. Редактор местной районки пишет пасквили о людях, которые хотят свинины: что, на самом деле, свинина никакого отношения к стабильности страны не имеет — это все придумки Запада и так далее. То есть полностью выдуманная история, но, возможно, кто-то что-то все же узнает в этом рассказе и сделает выводы.

«НН»: Почему название «Свиньи» и история именно о них? Ведь если вдохновляться белорусской действительностью, хватает и других сюжетов.

АЧ: В белорусской традиции свинья — очень сакральное животное. Кабанчик — символ состоятельности (корову ту же на Рождество не убьешь).

Но читателю предстоит ответить на важный вопрос: кто в романе на самом деле свиньи — люди или животные? Для меня это тоже очень важный вопрос: в определенный момент человек может перестать быть человеком, потерять человеческий облик и обратно его вернуть уже невозможно.

Обложку для книги нарисовала жена Александра Таисия

«Беларушчына» живет и будет жить, пока мы осознаем, что мы — белорусы, что у нас есть свой язык, культура»

«НН»: В книге есть главный герой, протагонист?

АЧ: Один из главных персонажей — это, непосредственно, груздевец. Такое сообщество людей, объединенных на одной территории. А уж если по отдельности, то там есть и заместитель председателя райисполкома по фамилии Лыко, и руководитель отдела идеологической работы и по делам молодежи Наталья Пчелкина. Есть главный редактор районки «Голос Груздевщины» Андрей Кипелов, который пишет свои язвительные пасквили о мясоедах.

В целом мир, в котором живут эти персонажи, очень неуютный, неприятный. И положительного героя найти в нем трудно.

Стоит отметить, что, хотя я и вдохновлялся Беларусью, сама Беларусь в книге не упоминается, так как в этой системе координат не существует никакой Беларуси и белорусской культуры, «беларушчыны».

«НН»: Ты объяснял, что это была одна из причин, почему ты писал книгу на русском языке. Цитата: «белорусскую культуру там проглотил «русский мир», сосал кости, стошнил внутренностями и кровавым хищником поскакал дальше в поисках новой жертвы». Насколько это актуально, на твой взгляд, для настоящей Беларуси и ее будущего?

АЧ: Мне кажется, что мы сейчас в очень пограничном положении. Потому что есть вещи, которые происходят де-факто, а есть то, что внутри нас. И это намного более сложные процессы. Да, важно какие решения принимают чиновники, но куда более важно, какие решения для себя принимает ежедневно каждый из нас. И в этом плане, как раз, у нас не все потеряно. Беларусь и «беларушчына» живет и будет жить, пока мы осознаем, что мы — белорусы, что у нас есть свой язык, культура, что мы можем (и хотим) поддерживать друг друга, интересоваться своим и двигаться дальше в одном направлении.

У белорусов очень много таких срачей между собой, когда мы разобщены, даже если делаем одно и то же полезное дело. Ссоримся, потому что кто-то делает не так честно, как бы нам хотелось, а кто-то — не на том языке. Эти срачи в мелочах, когда мы не можем просто объединиться, огорчают. Но это тоже очень естественный процесс, он должен происходить, чтобы в будущем исторические события проходили проще, не так больно.

«НН»: В беллите не так просто найти веселую книгу. Как у тебя получилась комедия?

АЧ: Я просто считаю, что на жизнь надо смотреть с улыбкой: если все слишком серьезно воспринимать, можно заработать себе заболеваний, которые будешь потом лечить всю жизнь. Во-вторых, мне кажется, если очень серьезно воспринимать персонажей книги, они действительно начнут существовать. Они не существуют, пока мы над ними смеемся или вообще не обращаем на них внимания.

Посмотрите на наше телевидение, на всех этих людей, какие вещи делают, как над ними не смеяться? Это карикатура и пародия. И это такой момент десакрализации этих персонажей: когда ты просто чувствуешь — вот оно, мне уже нестрашно, мне смешно.

«НН»: Первая презентация книги прошла в Варшаве 6 мая, какова ее дальнейшая судьба? Где можно купить роман и каким будет тираж?

АЧ: В мае, возможно, будет презентация в Кракове, где я сейчас живу. Про остальные города пока сказать сложно: я все делаю сам, у меня нет издательства, которое обеспечивало бы мне комфортные условия, все процессы происходят в формате «DIY».

Вместе с моим другом-литератором Алесем Плоткой мы работаем над белорусской версией романа. Процесс с ней замедлился, когда началась война. Когда будет готова белорусская версия, буду думать об офлайн-презентации в других городах, так как считаю, что белорусы должны иметь опцию прочитать книжку и по-русски, и по-белорусски.

Тираж русской версии планируется примерно 700 экземпляров. Что будет дальше, посмотрим. Заказать и бумажную, и электронную книгу в любое место можно через сайт.

«Я не могу ничего плохого сказать про «Онлайнер»

«НН»: Ты рассказывал, что после выборов-2020, работы нон-стоп, увольнения с «Онлайнера» у тебя был период антидепрессантов, потом переезд в Краков, устройство в IT. Ты уже скучаешь по журналистике или нет?

АЧ: В апреле я на два дня попал в Беларусь: мне нужно было получить водительские права, и я понимал, что это самый подходящий период, чтобы это сделать. И это путешествие заставило почувствовать себя живым, потому что я очень ценил в журналистской работе именно возможности поехать куда-то и посмотреть, как живет страна не в Минске, где-то в глубинке, пообщаться с людьми. Такой же была для меня эта поездка в Беларусь. Полностью изменить декорации и увидеть, что там происходит, собственными глазами.

Для меня было бы интересно вернуться в журналистику, не знаю, какие условия для этого нужны, но все вполне вероятно. Это вопрос каких-то обстоятельств. Я всегда за интересные проекты, готов сотрудничать и что-то придумывать — это моя стихия.

«НН»: У тебя есть какое-то мнение по поводу сегодняшнего «Онлайнера»? А вообще насчет белорусской журналистики сегодня — как думаешь, какое будущее ее ждет?

АЧ: Я не могу ничего плохого сказать про «Онлайнер»: я очень благодарен и компании, и людям, которые были рядом со мной там почти 6,5 года. Просто они сейчас в тяжелом положении находятся, потому что это полностью белорусский бизнес. И каждый из нас должен понимать это самостоятельно.

Что касается белорусской журналистики, она еще в более тяжелом положении.

Полноценную журналистику о Беларуси делать не из страны почти невозможно. В медиа, которые работают за пределами, человек, к сожалению, боится пойти и что-то рассказать под своей фамилией. Есть также много нюансов, касающихся верификации информации. У тех, кто работает из Беларуси, есть возможность разговаривать с простыми людьми, встречаться, но хватает обстоятельств другого рода: много о каких вещах из Беларуси невозможно писать сегодня, и все это прекрасно понимают. Все это таки разобранный пазл. Когда мы его снова сможем сложить, никто не знает.

«НН»: Дебютная книга, я так понимаю, не конец твоего пути писателя?

АЧ: Я уже три раза садился что-то новое писать, но на фоне всего, что происходит вокруг, то, что я пишу, кажется очень несущественным. Это такое очень сложное время для каждого человека, связанного с творчеством: любое высказывание, которое ты планировал, под тяжестью обстоятельств кажется мелким.

Я думаю, что ирония, сатира — это мое оружие, и это то, с чем я должен работать дальше. Стилистически я какие-то границы очертил. Как это будет, пока не знаю. Мы живем в такое время, когда что-то планировать почти невозможно. Я привык не строить планов. Иногда полезно побыть фаталистом, мне кажется, чтобы избежать разочарований.

«Нашу Ніву» финансируют ее читатели — поддержать просто

Читайте также:

«Автор в тюрьме, а герои его пробрались на свободу». Еженедельно выходят мультики со стихами Андрея Скурко

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, активируйте JavaScript в настройках своего браузера