«Я далека от политики, но в Украине есть мои родственники. Я просто за мир. Ну не могу поверить, что украинцы будут лупить по своим. Дайте мне факты, докажите мне это», — начинает Валентина.

Мама Щербо родилась в Украине, но в 23-летнем возрасте переехала в Минск. По сей день хорошо разговаривает по-украински, под Киевом живет брат Владимир.

«Родственники сбрасывают мне видео оттуда, они не умеют же ничего монтировать. Потом посмотрю и не сплю всю ночь, сердце болит. Я смотрю только трех украинских экспертов о войне — Олега Жданова, Ивана Яковину и Юрия Шведа. Больше никто мне не нужен. Tut.by и Nexta — для меня это не каналы. У меня не изменилось отношение к Лукашенко, но я не могу включать сейчас наше телевидение. Только ютуб смотрю».

Не так давно Валентина Николаевна прилетела в Минск от сына из США.

«Там полностью российские каналы отключили, поэтому все новости я узнавала только от родственников. Слава Богу, никто из них не погиб. Брат родной такие вещи рассказывал… Не хочу их повторять, так как давление поднимается. Он своими глазами встречался с нападавшими. Записывал потихоньку какие-то кадры, разговоры. Когда эти пришли, то заминировали земли, а им надо огород засадить, чтобы хоть что-то из продовольствия было. То приглашают человека с миноискателем. Теперь они уже свободно живут, орков больше не осталось там».

Брат Владимир живет недалеко от Чернобыля, в селе Иванков, переехал туда из Киева. Когда началась российская агрессия, то Валентина Николаевна два месяца не имела с ним связи. Говорит, что сильно переживала это время.

«Я не верю тому, что говорят на российском ТВ. На даче иногда вынужденно включаю телевидение, когда вижу эту бл… Скабееву, то просто сразу плохо. А Соловьев тот вообще! Не хочу, не заставляйте меня оскорблять никого. Дайте мне факты на стол, как говорил Лукашенко, тогда я изменю свое отношение. А эта говорильня — ни о чем. Все мы можем говорить. Я верю своим близким и родным».

По приезду в Беларусь Валентина Щербо столкнулась с проблемой, что теперь сын не может перевести ей деньги из США.

«Из Америки можно в Украину прислать денежный перевод, а в Беларусь нельзя! Я сейчас зубы делаю, так не знаю, где взять денег. Я у Виталия сразу попросила, но он не может, говорит, ну не ехать же мне за 3 тысячи долларов, чтобы тебе привезти 500. В конце лета снова собираюсь в США. Если честно, то раньше всегда рвалась домой, а последний раз даже не хотелось возвращаться. Я заставляла себя ехать. Я не «переобувалась», как сейчас говорят, у меня нет ненависти, нет отвержения родины, но вот не знаю, что с собой делать».

6 июня Валентине Щербе исполнилось 75 лет. Когда ее поздравляла племянница из Киева, то звучала сирена, и племянница бежала прятаться в бомбоубежище.

«Отношение к Путину у меня 25 лет такое же, как и сейчас. Мне он никогда не нравился, никогда. Я воспитана на том, что людей нельзя оскорблять, что даже к врагу нужно относиться с уважением, с честью, а тут такого нет и близко. У меня есть подруга-россиянка, с которой часто расходимся на этой теме. Я ей говорю: добро все равно победит зло, и мы увидим потом, откуда это зло происходит».

Валентина Щербо говорит, что даже не могла поверить в то, что Россия напала на Украину. Не поверил сразу и ее сын.

«Как так? Без объявления войны, как Германия напала на СССР в 1941-м. А теперь Россия так же нападает на Украину. Потом Виталий был и за ваших, и за наших. Говорит, что там, мол, нацисты и бандеровцы. «Виталия, извини, но твоя мама «бандеровка» и «нацистка», откажись тогда от меня, делай со мной что хочешь, расстреляй, не повезло тебе», — отвечаю. Я точно помню, что Бандера был героем Украины, из учебников истории еще».

По словам женщины, она очень радуется, что мир, включая США, помогает Украине.

«Как я могу предать свои корни? Если бы ко мне в дом вошли бандиты, то разве бы я не защищалась? Тоже самое и там. Я не верю, что Луганск и Донбасс просил его [Путина] о помощи».

Что касается Лукашенко, то Валентина Николаевна остается на своих прежних позициях, хотя и говорит без прежнего восторга.

«Лукашенко я довольна. Правильно, что он содержится, я молюсь, чтобы его не заставили влезть туда. Он очень мудро поступает. Но ведь как трудно ему держаться, он же на крючке в России. Нужно, чтобы что-то или кто-то изменилось в России. Я верю, что Лукашенко свою страну не отдаст».

Валентина последние тридцать лет занимается пением. Говорит, что с начала войны ее коллектив убрал из репертуара все украинские песнопения, и она отказалась туда ходить.

«Это не спецоперация, а война. А в России за слово «война» могут взять за белы рученьки и срок дать. Фейковые новости повсюду в России. Но я уверена, что зло будет наказано», — кончает она разговор.

Читайте также:

Мать Виталия Щербо ранее молилась на Лукашенко, а теперь стала против. Щербо: Я в шоке

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, активируйте JavaScript в настройках своего браузера