«Экстремистов» в Беларуси больше, чем население Дисны

Сергей Бессараб проанализировал список людей, «причастных к экстремистской деятельности», который составило Министерство внутренних дел.

Он брал данные по состоянию на 4 ноября — тогда в списке было 1 714 человек (из них мужчин — 1 377, женщин — 337). С тех пор список увеличился еще на 70 человек.

Это больше, чем живет в Дисне — самом маленьком белорусском городе (его население — 1 455 человек).

Фото: Telegram / @lab66

Возраст большинства «экстремистов» — от 31 до 37 лет.

«Этот самая экономически активная и финансово способная категория населения. Наилучшая возрастная категория для любой страны с точки зрения цивилизационной оценки. В Беларуси же они либо содержатся в тюрьме, либо вынуждены были выехать из страны», — отмечает Сергей.

Самый молодой «экстремист» — парень 17 лет. Самая возрастная «экстремистка» — 82-летняя женщина.

Диаграмма возрастной характеристики «экстремистов». Фото: Telegram / @lab66

Среднестатистический «экстремист» — мужчина, которого зовут Александр Александрович. Может быть Сергеем Владимировичем или Андреем Сергеевичем.

«Экстремисткой» может быть Татьяна Владимировна. Также ее могут называть Натальей, Ольгой Александровной или Екатериной Николаевной.

«Сан Саныч и Татьяна Владимировна подняли Беларусь», — замечает он, говоря о результатах своего исследования.

41% осужденных обвинили в организации и подготовке действий, грубо нарушающих общественный порядок (статья 342 УК). 29% «оскорбили представителя власти» либо «дискредитировали государство» (статья 369, 396-1 УК), а 8% «оскорбили Лукашенко» (статья 368 УК). По словам исследователя, у многих осужденных несколько обвинений.

Анклавы нелояльных белорусов

«У меня возникла гипотеза, что белорусский экстремизм — не аномалия, а скорее этногеографическая особенность, — рассуждает ученый. — Он очень равномерно распространен, не имеет территориальной, урбанистической привязки».

Сергей создал этногеографическую карту белорусского экстремизма, свел в диаграммы выборки его характерных особенностей и рассчитал сколько «экстремистов» приходится на одну тысячу человек.

Географическое распределение (геокод) экстремистов по территории Беларуси. Фото: Telegram / @lab66

«В среднестатистическом городе, населенном «экстремистами», от 10 до 50 тысяч человек. Это средний районный центр. В нем есть железная дорога и промышленные предприятия», — говорит Сергей.

По его словам, на карте плотность «экстремистов» сохраняется по линии «с северо-запада на юго-восток по железной дороге, а затем с северо-востока на юго-запад также по железной дороге».

Безусловный лидер — Жлобин с 76 тысячами населения. Здесь на 1 «экстремиста» приходится 887 человек.

Вторую строчку в топе имеет Краснопольский район, где живет 6,5 тысячи человек. Здесь на 1 «экстремиста» приходится 1 276 человек. На третьем месте 18-тысячные Пружаны: 1 «экстремист» на 1 574 человека.

15 анклавов белорусского экстремизма. Фото: Telegram / @lab66

Максимальная плотность «экстремистов» в небольших городах Гродненской области.

По словам Сергея, их концентрация хорошо ложится на территорию Вейшнории, виртуального государства, которую придумали как элемент легенды для совместных белорусско-российских учений «Запад-2017».

«Нельзя сказать, что восток Беларуси радикально отличается от Запада. На самом деле это игры с небольшими цифрами. Разница в 500 человек», — отмечает Сергей.

В Гродно на одного экстремиста приходится 3,5 тысячи человек. В Минске — 3,96 тысячи. В Орше — 5 тысяч на одного «экстремиста». В Вилейке — 5,4 тысячи, в Витебске — 7,5 тысячи, а в Могилеве — 7,65 тысячи.

«Сухие цифры вызывают большее уныние, чем слезливая статья»

Сергей Бесараб результаты исследования опубликовал на своей странице в фейсбуке. По его словам, реакция посетителей ожидаемая. Кто-то начал гордиться своим «экстремистским анклавом», а в одном из комментариев ему написали, что он поспешил со своим исследованием, так как чуть позже на такие темы будут писать диссертации.

«Я не собираюсь чего-то ждать, скажем, до 2025 года, поэтому начал анализировать сейчас, — говорит ученый. — Конечно же, эти данные останутся, а люди будут анализировать и находить новые закономерности, исходя из новых данных, которые откроются».

У журналистов считается хорошим тоном, добавляет он, давать другой стороне право на реплику, но «пока с той стороны никаких реплик не было».

«Я же никого не оскорбил. Это просто цифры, просто математика. Ничего личного. С той стороны никто не написал. Скорее всего им понравилось», — замечает с иронией Сергей.

Фото: Сергей Бесараб. Фото: архив Сергея Бесараба

Он говорит, что наука ценностно нейтральна, поэтому специально не стал комментировать свое исследование.

«На самом деле, эти сухие цифры, никак не окрашенные, вызывают большее уныние, чем слезливая статья или рисунок», — считает Сергей.

Он признается, что до того, как начал выводить данные в диаграммы, его душили слезы. В списке много родных друг другу людей — это видно по фамилиям, именам по отцу. Много мужей и жен.

«У вдумчивого белоруса, если он будет листать этот список, будут такие же эмоции, как у меня. Люди живут в небольших поселках, деревнях, и три-четыре «экстремиста» с одной фамилией в них. Они могут быть из одной семьи, одного рода», — замечает Сергей.

«Мне это напоминает человека, который ищет родных, пропавших в Освенциме, — делится собеседник. — Он листает список и видит трагедии и смерти. Слава богу, что в списке люди живы. Но есть один человек, который умер».

Сергей признается, что не может просматривать видео, снимки, слушать музыку с протестов 2020 года. Избегает смотреть интервью журналистки Дарьи Чульцовой, которую два года удерживали в неволе.

«Не могу видеть ее глаза. В них изнасилованная Беларусь», — объясняет он.

О Сергее Бесарабе

Сергею Бесарабу 38 лет. Он ученый в области коллоидной химии, популяризатор науки, технологический автор. Создатель Telegram-канала LAB-66, посвященного радиационной, химической и биологической безопасности, гражданской обороне. Он увлечен радиолюбительством и спортивным туризмом.

2020 год стал для него переломным. После того, как он своим исследованием доказал ничтожество предъявленного обвинения активисту протеста Степану Латыпову в попытке отравить сотрудников милиции и подписал письмо ученых против насилия, его лишили доступа к лаборатории Института общей и неорганической химии НАН Беларуси, а затем уволили.

Брать на работу Сергея никто не хотел. После интервью о министре образования Андрею Иванцу ему стали угрожать. Вынужден был уехать из Беларуси.

«Под голову подкладывал туалетную бумагу вместо подушки». Экс-политзаключенные рассказали, как выжить в карцере

«17 лет прожила в общежитиях — клопами меня не напугать». Большой разговор с редактором Оксаной Колб после приговора

«Пока комиссия не даст заключения, мы ничего…» книги Светланы Алексиевич проверяют на экстремизм

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?

1
Оруэлл / Ответить
18.11.2022
Поймите, скотный двор, выстроенный, на месте Беларуси, лукашенком, не может функционировать иначе. На скотном дворе нет места умным, образованным, честным и, прости Господи, молодым (т.к. молодые ещё не успели стать испорченными установленными порядками на скотном дворе лукашенко). В принципе, белорусский, скотный двор, почти ни чем, не отличается от шестой палаты психиатрической клиники, просто масштаб равен стране с 9-ю миллионами населения.
0
фцф / Ответить
18.11.2022
Цікавы досьлед. Дзякуй аўтару. Някепска было б мець мапу "фанаў лукашызму". Але тут са статыстыкай і аб'ектыўнасьцю будзе цяжэй. 
0
Маё пакаленне / Ответить
18.11.2022
1983-1993гг рождения - моё поколение, которое по правилам истории должно сейчас прийти к власти.
Показать все комментарии/ 7 /
Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, активируйте JavaScript в настройках своего браузера